Биткоин умрет, а мы сгорим от жары. О чем спорят на рынках прогнозов, пока ученые крутят пальцем у виска
NewsMakerКак наука стала поводом для азартных игр на десятки миллионов долларов.
Рынки прогнозов вроде Polymarket и Kalshi всё чаще втягивают научные темы в мир ставок. Пандемии, рекорды жары, квантовый взлом биткоина и новые прорывы в искусственном интеллекте превращаются в контракты с меняющейся ценой, а ученые разбираются, можно ли доверять такой коллективной оценке.
На рынках прогнозов участники покупают и продают доли, связанные с будущими событиями. Цена зависит не от букмекера и не от мнения эксперта, а от спроса. Чем больше людей ставят на конкретный исход, тем выше рыночная оценка вероятности.
Polymarket объясняет работу рынков прогнозов через идею коллективной мудрости. Участники рискуют собственными деньгами, поэтому внимательнее следят за фактами, новостями, официальными заявлениями и оценками специалистов. В теории цена контракта должна меняться по мере появления новых данных и лучше отражать вероятность события.
Исследования уже показывали, что рынки прогнозов иногда обходят другие методы в политических выборах. Но часть ученых сомневается, что ставки могут конкурировать с экспертной научной оценкой. Финансист Ричард Боргези из Университета Южной Флориды считает подобные площадки полезным дополнительным инструментом, но не заменой моделям, рецензированию и работе специалистов.
По словам Боргези, рынок может показать, как публика воспринимает научную тему. Но прогноз теряет ценность, когда участники плохо разбираются в предмете. Научный риск нельзя надежно оценить только по цене контракта, особенно если вокруг новости много эмоций.
Отдельная проблема связана с манипуляциями и инсайдерской торговлей. В прошлом октябре норвежские чиновники, отвечающие за Нобелевскую премию мира, проверяли подозрительный всплеск ставок на победу венесуэльской оппозиционерки Марии Корины Мачадо за несколько часов до объявления лауреата.
Один из самых спорных примеров связан с инфекциями. После сообщения о хантавирусе на круизном лайнере в начале мая участники Polymarket оценивали вероятность объявления пандемии хантавируса Всемирной организацией здравоохранения в 19%. После первой волны тревоги оценка снизилась до пяти процентов, а объем сделок по рынку достиг примерно $14 млн.
На Kalshi похожая ставка дает семь процентов на объявление вспышки хантавируса чрезвычайной ситуацией международного значения в 2026 году. Участники торгов действительно следят за научными данными: в обсуждениях появляются обновления ВОЗ и сведения о числе случаев.
Эпидемиологи строят прогнозы иначе. Специалисты используют математические модели, больничный надзор, геномные данные и даже статистику школьных пропусков. Профессиональный подход учитывает не только новости, но и реальное распространение болезни.
Точную вероятность пандемии сложно рассчитать даже экспертам . Инфекционист Вайти Арумугасвами из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе считает риск глобальной вспышки хантавируса крайне низким. Центры по контролю и профилактике заболеваний США оценивают угрозу для населения страны как очень низкую, а ВОЗ указывает, что передача между людьми встречается редко.
Эпидемиолог Гарвардского университета Билл Ханейдж видит в подобных ставках не столько научный прогноз, сколько отражение общественной тревоги после COVID-19. Рынок показывает, чего люди боятся, но страх не равен реальной эпидемиологической угрозе.
В климатических прогнозах картина выглядит спокойнее. Климатолог Зик Хаусфатер из Berkeley Earth считает, что ставки на температурные рекорды в целом близки к экспертным оценкам. Polymarket дает 34% на то, что 2026 год станет самым жарким за всю историю наблюдений, и 60% на второе место. Kalshi оценивает шанс нового рекорда в 32%.
Собственные расчеты Хаусфатера , основанные на данных программы Copernicus Европейского космического агентства, дают 28% на температурный рекорд в 2026 году и 67% на второе место. Всемирная метеорологическая организация ранее предупредила , что новый рекорд жары почти наверняка появится до 2030 года.
Еще один популярный сюжет связан с квантовыми компьютерами и биткоином. Пользователи Polymarket ставят на возможность получить приватный ключ от существующего биткоин-адреса с помощью квантового компьютера. Участники рынка оценивают вероятность прорыва до конца 2026 года в три процента, а до конца 2027 года в 16%.
Новые достижения действительно приблизили момент, когда квантовые машины смогут угрожать части современной криптографии. Но создание системы нужного масштаба потребует времени, считает теоретик Скотт Ааронсон из Техасского университета в Остине. По его оценке, сроки из ставок Polymarket выглядят слишком оптимистично.
Криптограф Хлоя Мартиндейл из Бристольского университета отмечает, что главный вопрос связан с преодолением крупных барьеров квантовых вычислений . Прорыв может случиться быстро, а может потребовать десятилетий. Надежного календаря у науки пока нет.
Боргези предупреждает, что рынки прогнозов не стоит воспринимать как окончательный ответ на научный риск. Цена контракта может отражать краткосрочные эмоции, формулировку ставки или шум вокруг новости. Максимальная польза появляется, когда рыночный сигнал рассматривают вместе с научными моделями, данными наблюдений и мнением профильных специалистов.
Рынки прогнозов вроде Polymarket и Kalshi всё чаще втягивают научные темы в мир ставок. Пандемии, рекорды жары, квантовый взлом биткоина и новые прорывы в искусственном интеллекте превращаются в контракты с меняющейся ценой, а ученые разбираются, можно ли доверять такой коллективной оценке.
На рынках прогнозов участники покупают и продают доли, связанные с будущими событиями. Цена зависит не от букмекера и не от мнения эксперта, а от спроса. Чем больше людей ставят на конкретный исход, тем выше рыночная оценка вероятности.
Polymarket объясняет работу рынков прогнозов через идею коллективной мудрости. Участники рискуют собственными деньгами, поэтому внимательнее следят за фактами, новостями, официальными заявлениями и оценками специалистов. В теории цена контракта должна меняться по мере появления новых данных и лучше отражать вероятность события.
Исследования уже показывали, что рынки прогнозов иногда обходят другие методы в политических выборах. Но часть ученых сомневается, что ставки могут конкурировать с экспертной научной оценкой. Финансист Ричард Боргези из Университета Южной Флориды считает подобные площадки полезным дополнительным инструментом, но не заменой моделям, рецензированию и работе специалистов.
По словам Боргези, рынок может показать, как публика воспринимает научную тему. Но прогноз теряет ценность, когда участники плохо разбираются в предмете. Научный риск нельзя надежно оценить только по цене контракта, особенно если вокруг новости много эмоций.
Отдельная проблема связана с манипуляциями и инсайдерской торговлей. В прошлом октябре норвежские чиновники, отвечающие за Нобелевскую премию мира, проверяли подозрительный всплеск ставок на победу венесуэльской оппозиционерки Марии Корины Мачадо за несколько часов до объявления лауреата.
Один из самых спорных примеров связан с инфекциями. После сообщения о хантавирусе на круизном лайнере в начале мая участники Polymarket оценивали вероятность объявления пандемии хантавируса Всемирной организацией здравоохранения в 19%. После первой волны тревоги оценка снизилась до пяти процентов, а объем сделок по рынку достиг примерно $14 млн.
На Kalshi похожая ставка дает семь процентов на объявление вспышки хантавируса чрезвычайной ситуацией международного значения в 2026 году. Участники торгов действительно следят за научными данными: в обсуждениях появляются обновления ВОЗ и сведения о числе случаев.
Эпидемиологи строят прогнозы иначе. Специалисты используют математические модели, больничный надзор, геномные данные и даже статистику школьных пропусков. Профессиональный подход учитывает не только новости, но и реальное распространение болезни.
Точную вероятность пандемии сложно рассчитать даже экспертам . Инфекционист Вайти Арумугасвами из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе считает риск глобальной вспышки хантавируса крайне низким. Центры по контролю и профилактике заболеваний США оценивают угрозу для населения страны как очень низкую, а ВОЗ указывает, что передача между людьми встречается редко.
Эпидемиолог Гарвардского университета Билл Ханейдж видит в подобных ставках не столько научный прогноз, сколько отражение общественной тревоги после COVID-19. Рынок показывает, чего люди боятся, но страх не равен реальной эпидемиологической угрозе.
В климатических прогнозах картина выглядит спокойнее. Климатолог Зик Хаусфатер из Berkeley Earth считает, что ставки на температурные рекорды в целом близки к экспертным оценкам. Polymarket дает 34% на то, что 2026 год станет самым жарким за всю историю наблюдений, и 60% на второе место. Kalshi оценивает шанс нового рекорда в 32%.
Собственные расчеты Хаусфатера , основанные на данных программы Copernicus Европейского космического агентства, дают 28% на температурный рекорд в 2026 году и 67% на второе место. Всемирная метеорологическая организация ранее предупредила , что новый рекорд жары почти наверняка появится до 2030 года.
Еще один популярный сюжет связан с квантовыми компьютерами и биткоином. Пользователи Polymarket ставят на возможность получить приватный ключ от существующего биткоин-адреса с помощью квантового компьютера. Участники рынка оценивают вероятность прорыва до конца 2026 года в три процента, а до конца 2027 года в 16%.
Новые достижения действительно приблизили момент, когда квантовые машины смогут угрожать части современной криптографии. Но создание системы нужного масштаба потребует времени, считает теоретик Скотт Ааронсон из Техасского университета в Остине. По его оценке, сроки из ставок Polymarket выглядят слишком оптимистично.
Криптограф Хлоя Мартиндейл из Бристольского университета отмечает, что главный вопрос связан с преодолением крупных барьеров квантовых вычислений . Прорыв может случиться быстро, а может потребовать десятилетий. Надежного календаря у науки пока нет.
Боргези предупреждает, что рынки прогнозов не стоит воспринимать как окончательный ответ на научный риск. Цена контракта может отражать краткосрочные эмоции, формулировку ставки или шум вокруг новости. Максимальная польза появляется, когда рыночный сигнал рассматривают вместе с научными моделями, данными наблюдений и мнением профильных специалистов.