Человечество обогнало эволюцию на 88 миллионов лет. И сделало это без единой новой мутации. Как?
NewsMakerВсё благодаря одной вещи, которая не записана в ДНК.
Почти 300 тысяч лет назад первые представители Homo sapiens появились в Африке. За относительно короткий по эволюционным меркам срок люди расселились по всей планете, освоив пустыни, тропики, горы, тундру и арктические регионы. При этом человечество добилось такого успеха без серьёзных генетических изменений. Сегодня все 8 миллиардов людей генетически менее разнообразны, чем отдельные популяции шимпанзе. Новое исследование предлагает объяснение, которое позволяет даже оценить этот эффект в цифрах.
Многие учёные давно связывают успех человека с культурной эволюцией. В отличие от генетической эволюции, которая требует смены поколений и естественного отбора, культурная эволюция позволяет быстро передавать знания, навыки, технологии и способы выживания. Однако до сих пор такие рассуждения в основном оставались качественными оценками. Было понятно, что культура помогает людям приспосабливаться к новым условиям, но насколько именно она ускорила расширение человечества, никто не пытался подсчитать.
Антрополог Чарльз Перро из Университета штата Аризона решил оценить этот вклад количественно. Для этого он собрал данные почти по 6 тысячам видов млекопитающих и изучил связь между размером ареала и несколькими признаками эволюционных изменений внутри родственных групп. Исследователь учитывал возраст эволюционной линии, число входящих в неё видов и разнообразие размеров тела.
Такой подход позволил оценить, какой объём «эволюционной работы» обычно требуется млекопитающим, чтобы освоить определённую территорию. Затем Перро сравнил полученные закономерности с историей расселения человека.
Расчёты показали неожиданную картину. Если бы Homo sapiens приспосабливался к новым условиям так же, как большинство других млекопитающих, опираясь главным образом на генетические изменения, для освоения нынешнего ареала понадобилось бы около 88 миллионов лет. За это время человеческая линия, вероятно, распалась бы примерно на 2200 отдельных видов.
На практике всё произошло совершенно иначе. Вместо ожидания новых полезных мутаций люди постоянно накапливали знания и передавали их следующим поколениям. Изобретение одежды позволяло переживать холод, развитие охотничьих технологий помогало добывать пищу в новых условиях, а накопленный опыт давал возможность осваивать территории без длительной биологической адаптации.
По мнению Перро, именно культура позволила человечеству обойти ограничения, с которыми сталкиваются другие млекопитающие. Новые идеи, инструменты и способы организации жизни распространялись значительно быстрее, чем могли закрепиться генетические изменения. Благодаря этому каждое поколение получало доступ к уже накопленному опыту, а не начинало приспосабливаться заново.
Исследование показало ещё одну необычную особенность. В совокупности люди занимают территорию, сопоставимую с ареалом всех остальных млекопитающих вместе взятых. Ни один отдельный вид не приблизился к такому показателю. Ближе всего находятся серые волки , однако даже их ареал примерно вдвое меньше.
На первый взгляд это делает человека универсальным видом, одинаково приспособленным ко всем условиям планеты. Но Перро предлагает смотреть на ситуацию иначе. Успех обеспечила не универсальность каждого отдельного человека, а способность разных человеческих сообществ находить собственные решения для конкретной среды обитания.
Охотники-собиратели пустыни Калахари на юге Африки прекрасно приспособлены к жизни в засушливом климате, но вряд ли смогли бы легко выживать в Гренландии. Та же проблема возникла бы у инуитов, если бы им пришлось резко сменить арктические условия на африканскую пустыню. Зато каждая группа накопила культурные знания, позволяющие эффективно существовать именно в своей среде. При этом решающую роль могли сыграть не только культура сама по себе, но и связанные с ней факторы: социальное сотрудничество, язык, высокий уровень индивидуального интеллекта или сочетание нескольких особенностей одновременно.
Почти 300 тысяч лет назад первые представители Homo sapiens появились в Африке. За относительно короткий по эволюционным меркам срок люди расселились по всей планете, освоив пустыни, тропики, горы, тундру и арктические регионы. При этом человечество добилось такого успеха без серьёзных генетических изменений. Сегодня все 8 миллиардов людей генетически менее разнообразны, чем отдельные популяции шимпанзе. Новое исследование предлагает объяснение, которое позволяет даже оценить этот эффект в цифрах.
Многие учёные давно связывают успех человека с культурной эволюцией. В отличие от генетической эволюции, которая требует смены поколений и естественного отбора, культурная эволюция позволяет быстро передавать знания, навыки, технологии и способы выживания. Однако до сих пор такие рассуждения в основном оставались качественными оценками. Было понятно, что культура помогает людям приспосабливаться к новым условиям, но насколько именно она ускорила расширение человечества, никто не пытался подсчитать.
Антрополог Чарльз Перро из Университета штата Аризона решил оценить этот вклад количественно. Для этого он собрал данные почти по 6 тысячам видов млекопитающих и изучил связь между размером ареала и несколькими признаками эволюционных изменений внутри родственных групп. Исследователь учитывал возраст эволюционной линии, число входящих в неё видов и разнообразие размеров тела.
Такой подход позволил оценить, какой объём «эволюционной работы» обычно требуется млекопитающим, чтобы освоить определённую территорию. Затем Перро сравнил полученные закономерности с историей расселения человека.
Расчёты показали неожиданную картину. Если бы Homo sapiens приспосабливался к новым условиям так же, как большинство других млекопитающих, опираясь главным образом на генетические изменения, для освоения нынешнего ареала понадобилось бы около 88 миллионов лет. За это время человеческая линия, вероятно, распалась бы примерно на 2200 отдельных видов.
На практике всё произошло совершенно иначе. Вместо ожидания новых полезных мутаций люди постоянно накапливали знания и передавали их следующим поколениям. Изобретение одежды позволяло переживать холод, развитие охотничьих технологий помогало добывать пищу в новых условиях, а накопленный опыт давал возможность осваивать территории без длительной биологической адаптации.
По мнению Перро, именно культура позволила человечеству обойти ограничения, с которыми сталкиваются другие млекопитающие. Новые идеи, инструменты и способы организации жизни распространялись значительно быстрее, чем могли закрепиться генетические изменения. Благодаря этому каждое поколение получало доступ к уже накопленному опыту, а не начинало приспосабливаться заново.
Исследование показало ещё одну необычную особенность. В совокупности люди занимают территорию, сопоставимую с ареалом всех остальных млекопитающих вместе взятых. Ни один отдельный вид не приблизился к такому показателю. Ближе всего находятся серые волки , однако даже их ареал примерно вдвое меньше.
На первый взгляд это делает человека универсальным видом, одинаково приспособленным ко всем условиям планеты. Но Перро предлагает смотреть на ситуацию иначе. Успех обеспечила не универсальность каждого отдельного человека, а способность разных человеческих сообществ находить собственные решения для конкретной среды обитания.
Охотники-собиратели пустыни Калахари на юге Африки прекрасно приспособлены к жизни в засушливом климате, но вряд ли смогли бы легко выживать в Гренландии. Та же проблема возникла бы у инуитов, если бы им пришлось резко сменить арктические условия на африканскую пустыню. Зато каждая группа накопила культурные знания, позволяющие эффективно существовать именно в своей среде. При этом решающую роль могли сыграть не только культура сама по себе, но и связанные с ней факторы: социальное сотрудничество, язык, высокий уровень индивидуального интеллекта или сочетание нескольких особенностей одновременно.